16.09.2014
Просмотров: 527

6 рекомендаций от УИНСТОНА ЧЕРЧИЛЯ, как успешно выступать на публике

«Способности к публичным выступлениям не относятся к дару, их можно развивать», — безусловно, Черчилль знал, о чем говорит. Он был шепелявым от рождения, никогда не занимался с фониатром, не проходил практику в элитном Дискуссионном клубе Оксфорда — и, тем не менее, вошел в число крупнейших ораторов эпохи и научился говорить красиво. Черчилль «всегда обращался к красноречию там, где другие прибегали к интриге», — дополняет профессор Анатолий Уткин.

Проведенный анализ управленческой деятельности Уинстона Черчилля, позволил выделить несколько практических рекомендаций для повышения успешности публичных выступлений. В их числе:


    — тщательная подготовка;
    — концентрация на идеях;
    — «хорошее начало»;
    — использование метафор;
    — юмор;
    — дикция, мимика и жесты.


Остановимся на них более подробно.

ТЩАТЕЛЬНАЯ ПОДГОТОВКА

Близкий друг Черчилля Фердинанд Эдвин Смит заметил как-то: «Лучшие годы своей жизни Уинстон потратил на составление экспромтов». В этой немного шутливой фразе заключается один из ключевых принципов известного оратора при работе над текстами. Речи, которые, казалось, создавались спонтанно и являлись результатом озарения, на самом деле тщательно продумывались, репетировались, оттачивались, полировались и шлифовались в спокойной обстановке. «Я не пишу быстро, — признался как-то Черчилль. — Все мной написанное является результатом тяжелого труда, все постоянно шлифуется. Я стараюсь шлифовать до блеска».

Когда дипломат Гарольд Никольсон поздравил Черчилля с удачной ремаркой, «сымпровизированной» политиком в конце одного выступления, Уинстон воскликнул: «Чертова импровизация! Я потратил на нее целое утро, пока лежал в ванне». «Удачные экспромты ораторов существуют лишь в воображении публики, — отмечал он. — В то время как цветы риторики — тепличные растения».

Все свои выступления, Черчилль писал лично, не обращаясь для этого к услугам спичрайтеров. Ответственные речи готовились несколько дней, постоянно переписывались и еще раз редактировались. Отдельные фразы, по воспоминаниям помощников, Черчилль мог вынашивать и того больше — неделями, даже месяцами. Он заранее записывал их в специальный блокнот, после чего использовал при необходимости.

КОНЦЕНТРАЦИЯ НА ИДЕЯХ

По мнению Черчилля, главным признаком неудачных выступлений является отсутствие идей, а иногда и смысла. Он неоднократно подмечал и высмеивал эту особенность у своих коллег, заметив однажды: «Выступающий может быть отнесен к числу тех ораторов, которые до того, как начать выступать, понятия не имеют, о чем они будут говорить. Когда они выступают, они не знают, что они говорят. И наконец, когда они заканчивают свою речь, они слабо представляют, что только что донесли до публики».

Обращая внимание на отсутствие смысла в речах выступающих, Черчилль не щадил не только рядовых депутатов, но и уважаемых членов британского истеблишмента. В частности, он следующим образом высказался о премьер-министре Рамсее Макдональде: «Мы знаем, что он имеет особые способности к тому, чтобы заключить в максимум слов минимум смысла».

Мастер риторики, Черчилль считал: прежде чем начать выступление, оратор должен четко представлять, что он скажет аудитории, какую идею вложит в умы слушателей и к каким выводам приведет их в конце. Еще в юные годы, работая над эссе «Леса риторики», он вывел формулу, что секрет успешного выступления состоит не столько в демонстрации фактов, сколько в демонстрации идей.

Современные исследователи проблем коммуникаций отмечают, что отсутствие смысла в сообщениях является бичом не только публичных выступлений, но и всего межличностного общения. Специалист в области поведенческих теорий профессор Кит Дэвис констатирует: «Неудачное сообщение, написанное на глянцевой бумаге, от увеличения мощности громкоговорителя не станет лучше». По мнению Дэвиса, лейтмотивом успешных коммуникаций должно стать обязательное правило — «Не начинайте говорить, не начав думать».

Черчилль считал, перед тем как взойти на трибуну, выступающий должен пропустить через себя основные идеи своей речи. «Прежде чем вдохновить кого-либо, оратор должен вдохновить себя, — указывал он. — До того как заставить публику возмущаться, сердце оратора само должно преисполниться ненависти. Прежде чем вызвать слезы у слушателей, оратор сам должен плакать. Перед тем как убедить, оратор должен сам поверить в то, что собирается сказать».

«ХОРОШЕЕ НАЧАЛО»

Древнегреческий философ Платон в одном из своих трудов отметил, что «хорошее начало — половина дела». Публичные выступления не исключение. Неслучайно Черчилль всегда придавал большое значение первым минутам перед аудиторией.

Первое, что он советовал: «Будьте естественны и совершенно спокойны. Представьте, что вы разговариваете с лучшим другом в спокойной обстановке и обсуждаете то, что вам обоим очень интересно». Во-вторых, оратор не должен пасовать перед аудиторией, не должен бояться прослыть настойчивым. «Действуйте, как копер, — говорил Черчилль. — Ударили раз. Отошли, вернулись — снова удар. Не получилось, бейте в третий раз». И уж тем более не стоит опасаться быть серьезным! «Не нужно потакать прихотям аудитории: дескать, они это не поймут. Куда они денутся! — считал британский политик. — Раз пришли, пусть слушают!».

По словам Черчилля, лучший совет относительно искусства произнесения речей он получил еще на заре парламентской карьеры от члена кабинета министров Генри Чаплина: «Не торопись. Если тебе есть что сказать, тебя выслушают». «Главное — не спешить и не давать себя подгонять», — будет впоследствии учить сам Черчилль.

Что касается первых фраз, то здесь Черчилль советовал не откладывать дела в долгий ящик. «Если тема выступления серьезна, не пытайтесь играть словами или умничать, сразу переходите к главному», — говорил он.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МЕТАФОР

Рассмотрев вопросы, связанные с подготовкой выступлений и вступительными словами, остановимся непосредственно на инструментарии Черчилля, способствовавшему повышению степени убедительности его речей. Одним из приемов являются метафоры и аналогии. «Я часто стараюсь представить серьезные вещи в виде незамысловатых историй, чтобы они лучше откладывались в памяти», — говорил Черчилль. По его словам, «удачные метафоры относятся к внушительным оружиям риторики».

Одна из форм метафор и аналогий — хлесткие определения, которые британский политик давал действиям своих противников и коллег. Например, последователей политики умиротворения 1930-х годов он сравнивал с теми, кто кормит крокодила, надеясь, что тот съест их последними.

Другая форма метафор, к которой обращался Черчилль, — поучительные истории (иногда из собственной жизни). В этом случае достигалось сразу несколько целей. Во-первых, повышалось внимание слушателей. Увлекательная история или пример из жизни всегда вызывают больший интерес, чем голые факты. Во-вторых, возрастала степень восприятия, поскольку аудитория не просто слушала выступление, а делала это активно, визуализируя в своем воображении описываемые сцены. В-третьих, использование историй не только позволяло увеличить степень восприятия материала, но и значительно повышало запоминание. Согласно исследованиям психологов, понятный материал запоминается легче и сохраняется в памяти дольше, чем их аморфные аналоги.

Современные исследователи относят метафоры к мощнейшему инструменту эффективных коммуникаций. «Рассказывая поучительные истории и обогащая свою речь метафорами, лидер способен оказывать значительное влияние на окружающих — считает профессор Ричард Дафт. — Умение обрисовать ясную картину и создать яркий образ помогает лидерам сплотить последователей. Влияние лидера во многом определяется тем, как подчиненные воспринимают исходящие от него поучительные истории и метафоры, ведь они являются мощным средством воздействия, помогая создать яркие образы и вызвать сильные эмоции. Люди склонны соотносить поучительные истории с собственным опытом и запоминают их лучше, чем сухие статистические данные».

ЮМОР

Согласно современным теориям эффективного лидерства, юмор относится к «очень действенным инструментам управления». По словам профессора Лондонской школы бизнеса Роберта Гоффи, «при грамотном использовании юмор может стать показателем харизмы лидера».

В 1999 году психолог Сигал Барсейд провел в Йельской школе менеджмента исследование, показавшее, что положительные эмоции заразительнее отрицательных. По мнению ученых, «это очень древний механизм, поскольку улыбка и смех укрепляют отношения между индивидами и тем самым способствуют выживанию вида. Лидеры должны сделать простой вывод — юмор помогает быстро установить в коллективе хорошее настроение».

Не будучи знаком с этими исследованиями, Черчилль интуитивно понимал, какими огромными возможностями обладает юмор в публичных выступлениях. Речи политика настолько пестрят многочисленными остротами и шутками, что известный юморист Алан Патрик Герберт назвал Черчилля «самым выдающимся британским юмористом современности».

Когда политика спросили, как он относится к предстоящему вторжению немецких войск, тот моментально парировал: «Мы его ждем с нетерпением. Того же ждут и рыбы». Черчилль, мастер эпизода, часто использовал свой искрометный юмор в словесных баталиях с политическими оппонентами. «Я полагаю, выразить нечто столь противоположное истине с большей точностью было бы невозможно», — прокомментировал он выступление одного депутата.

Не чужд был Черчилль и самоиронии. Например, на вопрос «разве вам не приятно осознавать, что каждый раз во время вашего выступления зал переполнен?», он ответил: «Конечно же, приятно, но всякий раз, когда я вижу переполненный зал, я повторяю себе — если бы это было не твое выступление, а твое повешение, публики собралось бы в два раза больше».

В риторике шутки над самим собой считаются наиболее эффективными, а самоирония является одним из признаков самосознания, которое, в свою очередь, относится к «первейшей составляющей эмоционального интеллекта».

ДИКЦИЯ, МИМИКА И ЖЕСТЫ

Несмотря на международную славу мастера публичных выступлений, Черчилль не был прирожденным оратором. И в первую очередь это объяснялось его физическим недостатком — шепелявостью. Часами, проговаривая многочисленные скороговорки, Черчилль смог значительно улучшить дикцию. Но и это еще не все. По словам его сына Рандольфа, он использовал остаточные явления врожденного дефекта для «создания собственного, характерного и неповторимого стиля публичных выступлений».

В своем эссе «Леса риторики» Черчилль следующим образом описывал формулу «дефект — эффект»: «Иногда легкое, едва заметное заикание или какой-либо другой физический недостаток могут оказать добрую услугу, приковывая внимание публики».

Шепелявость, хотя и едва заметная, была далеко не единственным «снарядом» в патронташе политика. Черчилль был мастером мелких штрихов и иногда одной только интонацией мог передать мысль, вызвать нужный настрой. За годы тренировок Черчилль научился филигранной технике управления собственным голосом. Для него голос был сродни музыкальному инструменту, играя на котором он достигал потрясающих успехов в повышении убедительности своих речей.

Одновременно с интонацией и мимикой Черчилль умел великолепно обыграть свое выступление. «Как великий актер, он декламировал врезающиеся в память строки в величественной, полной достоинства и лишенной суеты манере, — писал английский философ сэр Исайя Берлин. — Его выступления — это великие публичные декламации, обладающие всеми качествами великолепия и роскоши».

Источник: top.thepo.st

Новости портала «Весь Харьков»