Государство
15.10.2015
Просмотров: 560

Блокада Крыма. Украинский взгляд

Продовольственная блокада полуострова длится почти месяц, и этого времени вполне достаточно, чтобы подвести главные итоги акции, а также представить реакцию украинской, российской и, собственно, крымской сторон на силовую остановку продуктового потока.

Важно подчеркнуть, что блокада стала первой системной кампанией Украины, направленной на нанесение экономического и социального урона новой российской элите Крыма со времен перекрытия Северо-Крымского канала и прошлогодней отмены железнодорожного сообщения с полуостровом.

Казалось, учитывая состояние национальной экономики, продолжение «остывающей» войны на Донбассе и фактическую незаинтересованность украинской власти в принципиальном, а потому весьма рискованном решении крымского вопроса, Киев просто не способен выработать стратегию борьбы за республику.

Но после того, как на полуостров перестали заходить фуры со стороны Херсонской области, стало ясно, что это не совсем так. Удивительно, но именно продуктовую блокаду можно считать первым настоящим, спланированным ударом Украины в схватке за Крым.

To be continued?

Альянс «Блокада»

Самой пикантной особенностью блокадной акции является то, что о ее старте официально заявили не глашатаи центральных государственных органов Украины, а лидеры Меджлиса. Но поскольку крымскотатарское национальное движение не имеет собственных силовых подразделений или парамилитарных структур, их партнерами по блокаде стали члены «Правого сектора», которые присоединились к организаторам гражданской кампании в самом начале.

В конце сентября крымчане, пересекавшие границу в Армянске или на Чонгаре, видели с украинской стороны три флага: государственный желто-голубой, крымскотатарский и флаг «Правого сектора». С одной стороны, это был царский подарок для кремлевских пропагандистов, а с другой – таким образом подчеркивался чисто гражданский статус акции.

Мало кто понял красоту этого тонкого хода, в результате которого позицию государства по крымскому вопросу подменила позиция ряда де-факто общественных организаций.

«Правый сектор» изначально заявил, что блокада Крыма бьет не только по планам Москвы, но и по отечественной политике «сдачи национальных интересов». Дескать, именно поэтому организация так заинтересована в прекращении торговли продуктами непосредственно на границе.

Таким образом, Киев незаметно отмежевался от процесса блокирования республики. Для официальных украинских властей полуостров формально остается свободной экономической зоной – «СЭЗ Крым», как то указано в декларациях на пересечение границы.

Де-факто же именно Банковая предоставила крымским татарам и правым активистам карт-бланш на усложнение жизни региона. И это лишь первый этап кампании, призванной решить крымский вопрос в пользу Украины.

Продуктовая блокада стала пробным выстрелом, который дал понять, что даже немногочисленная группа гражданских активистов способна противостоять сложившимся экономическим связям и теневому бизнесу.

Конечно, прекращение торговли с Крымом существенно ударило по производителям сельскохозяйственной продукции юга Украины, прежде всего, Херсонской, Николаевской и Запорожской областей. Однако, с точки зрения процесса государственного строительства, потеря двухмиллионного рынка сбыта, как и в случае с Донбассом, на деле является избавлением от экономического ярма.

При этом, положа руку на сердце, стоит признать, что в крупных сетях супермаркетов цены после старта блокады практически не изменились: они остались такими же высокими по сравнению с украинскими, как и прежде, когда продукты привозили через паром из России.

А вот украинским поставщикам, которые сбывали продукцию в Крыму по российским ценам, а также местным дилерам, обеспечивающим продукцией рынки и гастрономы, действительно пришлось резко повысить расценки, чтобы компенсировать потерянную прибыль. Потому настоящий перепад цен на полуострове можно увидеть между каким-нибудь супермаркетом «Ашан», который уже год работает с российскими поставщиками, и внутриквартальными магазинами: разница достигает и 60%, и 150% – в зависимости от объема и веса конкретного товара.

Пусть это прозвучит цинично, однако нужно понимать, что политические принципы намного важнее временных и негарантированных экономических благ. Убытки жителей нескольких областей – это ничто по сравнению с отчуждением территории и необходимостью сохранения государства в военных условиях.

Поскольку эксперимент с продуктовой изоляцией оказался успешным, можно допустить, что Украина продолжит следовать выбранному курсу, который в будущем предполагает введение энергетической блокады Крыма и расширение санкционной политики.

Два потока

Главная задача Киева – создать для крымчан настолько некомфортные жизненные условия, чтобы население начало постепенно выезжать из республики.

Это должны быть серьезные инфраструктурные проблемы, с которыми Россия не сможет справиться даже в среднесрочной перспективе: высокие цены на продукты питания и коммунальные услуги, дефицит отдельных групп продовольственных товаров, безработица (ввиду нежелания или неспособности крупных компаний размещать бизнес в Крыму), низкие заработные платы, непризнаваемость образовательных дипломов, отсутствие транспортного сообщения и т.п.

Из-за энергетической зависимости от России Украина пока не может себе позволить отключить на полуострове электроэнергию. Между тем, такая мера способна вынудить десятки тысяч людей покинуть Крым в считанные дни, особенно зимой.

Население, лояльное к Москве, в случае ужесточения блокады, вероятно, выедет на территорию России, лояльное к Киеву – на материковую Украину. А удорожание содержания республики, которую покидает население, превратит присоединение Крыма в пиррову победу Кремля. Российскому режиму придется либо начинать полноценный конфликт с Украиной, либо идти на переговоры по статусу полуострова, оказавшегося в состоянии социального коллапса.

Можно было бы предложить, что Киев планирует реализовать такой сценарий в течение 5-10 лет, но, учитывая накал страстей, связанных с блокадой, а также внешнеполитические вызовы, которые стоят перед нынешним руководством России (тот же ИГИЛ), все может произойти намного быстрее.

Конечно, об энергетической изоляции Крыма сейчас говорить сложно. Однако тренд задан, и все указывает на то, что санкции в отношении полуострова будут только усиливаться, постоянно актуализируя крымскую проблематику.

Таким образом, очевидно, что Киев рассматривает организацию двух потоков фактических беженцев из Крыма и как способ очищения республики от ярых пророссийских элементов, и как инструмент интеллектуальной ассимиляции людей, которые переезжают на ПМЖ на материковую Украину.

Остался лишь вопрос тактики: если после отключения продуктового потока Киев не сможет отключить на полуострове и свет, то куда придется следующий удар?

Источник: glavcom.ua

Автор: Лев Абалкин

Новости портала «Весь Харьков»


Читайте ещё: