Государство
04.12.2014
Просмотров: 576

Что делать с безразличием тыловых миллионов?

Если нацбезопасность останется делом тысяч неизвестных героев на фронте и группки волонтеров, а не подвижничеством целого народа — мы обречены увидеть воочию историческую реконструкцию «падения УНР».

У моих друзей в столице «Лугандонии» остались родители. Не то чтобы очень старые и немощные. Не то чтобы верили в какие-то «Новороссии». Скорее, наоборот — в быту украиноязычные. Этих шестидесятилетних за такое легко записали бы (если б узнали) в «правосеки» или «жидобендеровцы», ведь ни на какие «референдумы» они не ходили.

Ни заработка, ни связи, часто без воды и электричества. Такое вот ежедневное выживание. А порой с какого-нибудь верхнего этажа многоэтажки дозваниваются к сыну в Киев. Однако и выезжать «на материк» желания не имеют. Почему? Не хотят покинуть домик в частном секторе, чтобы мародеры не разграбили. Одно из главных их оправданий.

Потому что для них эта хата — символ и заработок всей их жизни. Потому и сопротивляются. Но разве стоит она того, чтоб за нее умереть? Пожилые люди, чья молодость и зрелость прошли в бессмысленных построениях коммунизма, гонке вооружений, поддержке Кубы и социализма в Африке, борьбе за урожай и уголь — еще в далеком 1991-м почувствовали эту непостижимую опасность будущего. Признать, что единственную свою жизнь прожил зря?

Признаться в этом самому себе? Их сопротивление изменениям началось еще тогда, а сегодня лишь обрело новую, уродливую, вооруженную и кровавую форму. Нет, они не стали новыми большевиками-чекистами, хотя все вокруг один в один напоминает большевистскую оккупацию Донбасса в 20-х годах прошлого века. Как и в те кроваво-голодные годы, местные ничего не хотели слышать о какой-то независимости, так и сейчас им не понятно, «зачем эта Украина». И понятие «наши» и «они» такие же, как во времена войны Ленина с УНР. Вот и все.

Советский Союз развалился, исчез физически, но эти люди всегда жили с ним в голове, дома, в школе, на официальных праздниках, в быту. Совок как вирус передавался от родителей детям. Здесь была и есть одна из главных резерваций российского совка. И кроме Моисеевых сорока лет брожения «ваты» лугандонской пустыней другого выхода пока не просматривается.

Война принимает отвратительные зимне-кровавые черты: мороз, снег, голод. Разруха и смерть всегда выглядят грубее на заснеженном фоне. И если страх полномасштабного российского вторжения отложен как минимум до весны, то это никак не улучшает ситуацию в тылу. Волонтеры констатируют, что помощь деньгами-вещами-продуктами от простых граждан упала в разы.

И здесь накладываются предновогодние расходы в переполненных людьми супермаркетах и странный синдром массового расслабления. Как будто уже все кончено, словно мир вернулся не только на развлекательное ТВ, но и на украинскую землю. Мерзнут ребята в камуфляже на входе в крупные продуктовые магазины столицы, а снег засыпает пустые ящики подле них, где под флагом, стендом с фото с фронта и списком необходимых вещей и лекарств одиноко лежат несколько пакетов дешевой крупы и макарон.

Десятки тысяч снуют туда-сюда мимо этих волонтерских палаток и натужно делают вид, что это их не касается. Это уже не их война, хотя подсознательно таки чувствуют, что «уже», а «пока» не их. И отводят взгляд. Кризис, говорите? Это такая резкая девальвация не гривны, а совести...

Теленовости привычной строкой ежедневно сообщат о нескольких погибших и десятках раненых. На некоторых каналах так привычно и скучно, словно прогноз погоды на завтра. Да нет — о снегопаде и гололеде даже более тревожно, чем «сегодня только трое погибли в течение ночных обстрелов». Только трое... И ни имен погибших, ни портретов — так, «трое неизвестных».

Кажется, будто бы в виду имеется: вот и не плохо, ведь могло быть и больше. Хочется съездить чем-то тяжелым в «голубой экран». С каких это пор эти один, два или три убитых украинца, которые защищали ваше право сидеть в ресторанах и покупки в супермаркетах, стали надоедливой новостной статистикой? Почему зритель должен знать в лицо шуфричей-вилкулов, всевозможных проституированных певиц, актеров российских сериалов, но не знать тех, кто сегодня пролил свою кровь за жизнь неизвестного равнодушного зрителя?

Эй, господа новостийщики, а если бы каждый день в ваших редакциях убивали и калечили ТОЛЬКО трех работников — так же обошлось бы сухой статистикой? «Сегодня в результате ночного ракетно-минометного обстрела редакции погибли два редактора и один журналист, пятнадцать ранены. О других новостях...»

Откуда эта черствая усталость от войны, которой еще так никто и не видел? Не видел — не почувствовал, потому что «там» снова не стало «только трех» героев... Такое отстраненное равнодушие ничем не лучше агрессивного невежества «лугандонских ватников» и агрессивной ненависти «крымских совков».

Просматривая хронику годичной давности, осознаешь, что как тогда едва ль несколько процентов граждан стали живым солидарным организмом Майдана, так и сейчас те же несколько процентов стоят живым щитом на русском фронте и организуют волонтерские походы на Восток. А остальные, критическое большинство, проявляет упорный пофигизм.

Нас все еще удивляет слабое упрямство «путинской ваты» в «Лугандонии», которая продолжает требовать зарплат и пенсий, а винит в войне остальных украинцев, но только не себя. Ну, махали себе триколорами, ходили на псевдореферендумы и псевдовыборы, кричали «Путин приди», повесили власовские «колорадские» ленты, блокировали украинскую армию и приветствовали российские танки с «градом», но в войне виноваты «хунтовский укроп». Сопротивление «ваты» здравому смыслу и логике событий оказалось крепче, чем сопротивление стали. Донецкая «вата» — она такая.

Но почему-то это не так пугает, как яростное сопротивление собственному инстинкту самосохранения тылового человеческого материала. Вот что делать с безразличием тыловых миллионов, для которых все изменения последнего года вылились разве что в национальный флажок под стеклом собственного авто? Они сами лишили себя всякой инициативы, даже инициативы думать. Им и дальше легко дается только традиционное нытье: «все пропало», «нас сливают».

Кремлевский агрессор вполне информирован об этих массовых приступах истерии в тылу. Главная ставка сейчас снова сосредоточена не на фронтовой прорыв, как на информационные атаки, экономическую и политическую дестабилизацию тыла, построение «путинских фракций» в новой власти и, в конце — окончательной ликвидации государства в Украине. В Кремле снова играют в сурковскую игру — социальный взрыв и «Майдан-3».

Хорошо понимают, что «новый Майдан» уже будет под национальными знаменами с обеих сторон, и в нем не будет жертв героев с деревянными щитами — здесь все будут с АК и запасными рожками. Ради такой желанной перспективы путинцы круглосуточно вбрасывают дезинформацию и засевают панику, раздувают ее через интернет-сети и подконтрольные СМИ, которые продолжают работать на «русский мир».

А потом внимательно изучают реакцию «фокус групп». И когда «тыловая вата» проявляет чудо инициативы и самостоятельно распространяет агитационно-диверсионную заразу — вносят коррективы для армии провокаторов и интернет-ботов. И в этой эскалации ненависти и недовольства действительно трудно определить, чья заслуга сегодня больше: пропагандистская ложь, к примеру, газеты «Вести» и телеканала «Интер», или реальные действия руководства Генпрокуратуры, судов и Нацбанка, вместе взятых.

Поэтому необходима быстрая перезагрузка системы, чтобы после алкогольно-религиозных праздников массы «вдруг» не стали путать люстрацию с Колиивщиной, или, скорее, с большевистским «всех да-алой!».

И сейчас новому парламенту и еще не выбранном новому правительству надо реально в считанные дни «зажить по-новому». У Путина здесь супер-союзник — тотальная коррупция и старые донецкие схемы «откатов». Убрать всех этих обнаглевших прокуроров, судей, вычистить СБУ от агентуры и Минобороны от мародеров, открыть дела против всех этих пособников террористов и русских оккупантов, которые сегодня наслаждаются в Киеве в новоприобретенных квартирах и домиках класса «VIP-люкс», закрыть наглую пасть вражеской пропаганде, которая мимикрировала под украинские СМИ и в конце запустить всенародную мобилизацию на защиту суверенитета.

Если нацбезопасность останется делом тысяч неизвестных героев на фронте и группки волонтеров, а не подвижничеством целого народа — мы обречены увидеть воочию историческую реконструкцию «падения УНР».

Источник: argumentua.com

Автор: Роман Чайка

Перевод: «Аргумент»

Новости портала «Весь Харьков»