07.04.2015 11:18
Просмотров: 373

Ситуацию на Харьковщине не стоит драматизировать. Мы научились противостоять угрозе сепаратизма - Райнин

Ситуацию на Харьковщине не стоит драматизировать. Мы научились противостоять угрозе сепаратизма - Райнин

Несколько дней назад группа «Информационное сопротивление» объявила о возобновлении проекта, в рамках которого будет регулярно проводиться оценка угроз дестабилизации в регионах Юга и Востока Украины (проект "Светофор").

Для понимания настроя власти и общей картины в регионе журналисты поговорили с главой Харьковской обладминистрации Игорем Райниным, который работает на этой должности уже два месяца. 

Игорь Львович, за последний месяц в Харьковской области произошла целая серия терактов. Всего в 2015 г. их было уже 11. Как Вы оцениваете уровень угроз для региона, и что делает власть для их нейтрализации?

Положение дел в Харьковском регионе очень сложное по объективным причинам. У нас  300 км границы с Россией, ещё 300 – с Донецкой и Луганской областями. Угрозы, которые вы обозначили, безусловно, есть, и противник продолжает свои попытки дестабилизировать область. Но я бы излишне не драматизировал ситуацию. Считаю, что мы уже научились эффективно противостоять посягательствам на мирную жизнь наших граждан.

Давайте посмотрим, как генерируются угрозы, о которых вы говорите. Есть конкретные люди и диверсионные группы, которые действуют под непосредственным кураторством российских спецслужб. По нашим данным, в области таких диверсионных групп около десяти. Также существует некоторое количество «замороженных» ДРГ, которые приходят на смену «активным» в случае их ликвидации.  У этих групп российские инструкторы, а сами исполнители, как правило, являются украинскими гражданами, прошедшими подготовку в Белгороде, Ростове и Тамбове. Именно в этих городах, как нам известно, находятся центры подготовки диверсантов. Координационный центр находится в Белгороде.

На диверсионную деятельность выделяются серьезные ресурсы. Для примера, за теракт возле Дворца спорта исполнителям было обещано 10 тысяч долларов. Один выстрел из гранатомета «стоит» 300 долларов. Это чтобы вы понимали, как все непросто.

Тем не менее, я считаю, что и местная власть, и силовики ведут успешную работу по поиску и нейтрализации диверсантов и активных сепаратистов. На данный момент эффективно действовать они уже не могут. А главное, с каждым днем у них все меньше поддержки среди населения самой Харьковской области. Поэтому, хотя противник и дальше рассматривает Харьков как одну из своих главных мишеней, мы уступать не собираемся и разгонять волну сепаратизма не позволим.

Конечно, если на повестке дня будет стоять вопрос полномасштабного вторжения, в чем я не уверен, то, объективно, противостоять будет не так легко. Но при таком сценарии развития событий речь будет идти уже о совсем другом уровне конфликта.

Постоянные взрывы, которые, к счастью, в основном не несут угрозу людям – это способ показать, что власть не контролирует ситуацию?

По моему убеждению, они выполняют классическую для всех террористов задачу, цель которой – посеять панику.  И не думаю, что есть смысл говорить о контроле ситуации, ведь ни одна страна в мире – ни США, ни Израиль не смогли полностью исключить угрозу подобных диверсий. Мы работаем над этой проблемой и постепенно закрываем «узкие» места.

Какая ситуация на границе, насколько она защищена?

Это отдельная история. К примеру, до недавнего времени у нас был пункт пропуска на границе с Россией с упрощенным режимом пресечения для граждан Украины. Там не было даже видеокамер! Вообще было непонятно, кто и как ездит через границу.  После моих, мягко говоря, «настоятельных» просьб к Госпогранслужбе это удается исправить.

Еще один важный вопрос – оборона. За Харьковской областью закреплен 31 оборонный объект на территории Луганской области, из них 12 – на первой линии, буквально в 4 километрах от линии разграничения. Там ведь до сих пор стреляют. И это – зона ответственности Генштаба и Минобороны.

Несмотря на то, что приходится преодолевать массу формальностей, иметь дело с массой экспертиз и документов, поскольку это касается бюджетных денег, нам удалось мобилизировать строителей для выполнения поставленных задач. Они пошли нам навстречу, работы по строительству укреплений уже ведутся. Приходится прямо на местности серьезно корректировать задачи, которые Генштаб рисовал на карте.

Я осознаю, что в идеале обладминистрация не должна заниматься такими функциями, как мобилизация и оборона. Но мы несем ответственность перед людьми, поэтому делаем даже больше, чем требуется. Например, я предложил, чтобы совещания по вопросам оборонной линии проводились в Харькове. Мы обеспечиваем все, чтобы процесс шел максимально эффективно.

Как сейчас в области обстоят дела с мобилизацией?

Средний показатель по области – 61%. Но есть существенный нюанс. Там, где за мобилизацию отвечает назначаемая вертикаль, главы райадминистраций – там показатель 85%. Где органы местного самоуправления – там цифры 40%. Отсюда получаем среднее. Это не только в самом Харькове, но и в городах областного значения. Например, в Чугуевском районе – 75%, а в Чугуеве – 32%.

Это повод перейти к вопросу общественно-политических угроз. Как влияет происходящее на настроения людей? Как действуют местные советы, где власть у бывших регионалов?

Длительное время на территории области работала мощнейшая российская пропаганда. В 2010 г. 72% избирателей на Харьковщине проголосовали за Януковича. Поэтому одна из ключевых задач, которые мы ставим перед собой – это борьба с последствиями «потребления» российской пропаганды. С харьковчанами нужно разговаривать и переубеждать, доносить правдивую информацию – других действенных вариантов не существует.

Лично для меня не проблема общаться с людьми разных политических взглядов и предпочтений. Я людей не боюсь, бывало и «хунтой» называли в разговоре, хотя с ними на русском говорю.

Но настроения людей меняются – это очевидно. Если раньше в регионе было однозначно 70% пророссийски настроенных, то сейчас не больше 40%. Харьковщина постепенно становится желто-голубой, хотя на более серьезные и глубокие трансформации нужно время. Сейчас экономическая ситуация такова, что не позволяет пройти это переформатирование взглядов очень быстро.

Не за горами местные выборы. Есть ли реальный шанс на победу проукраинских сил в регионе?

Безусловно, есть. Но для победы демократическим проукраинским силам нужно объединяться, если не де-юре, то де-факто. Главные оппоненты известны – это Оппозиционный блок и остатки Партии регионов. Вполне возможно, что они пойдут двумя оппозиционными партиями. Кроме того, есть еще и коммунисты, которые в области всегда будут иметь 6-7%. Также я не исключаю появление какого-то регионального проекта – «За Харьков», «За Батькивщину» и т.д.

Но, я уверен, что при должном уровне синхронизации усилий между проукраинскими политическими силами получить демократическое проукраинское большинство в области вполне возможно.

А по городу?

По городу надо определяться с сильной кандидатурой на должность мэра, потому что в этом направлении есть объективные сложности. У Кернеса есть твердых 25% поддержки. То, что ему рисуют 52-53% – это при 50% неопределившихся. Кроме того, Кернес – все-таки «бренд» нисходящий, у него уже нет такого серьезного влияния в Харькове.

Тем не менее, надо отдавать себе отчет, что кандидат, который может выиграть в Киеве или в Полтаве, в Харькове не победит в связи с определенной местной спецификой. Должен быть определённый баланс.

Ситуация в городе во многом движется по инерции, как автомобиль с горы: по-старому еще жить не отвыкли, кто-то просто боится, а кому-то надо отказаться от амбиций.

Например, в октябре 2014 г. в Дзержинском районе Харькова по мажоритарному округу, который считается самым демократическим, выиграл бывший регионал Валерий Писаренко. При этом 2, 3, 4, 6 места заняли представители демократических сил и активисты Евромайдана. Получается, они просто растащили голоса друг друга!

В Харькове много различных проукраинских движений, они малочисленные, но их много. И они часто между собой ссорятся. Поэтому я в разное время по очереди встречался с этими движениями и говорил им одни и те же слова: «Давайте как-то координировать свою деятельность». Как мне кажется, достучаться удалось. Они собрались и выбрали нескольких человек, которые сейчас работают моими советниками.

По той информации, которую мы получаем, сейчас недовольство людей от тех же терактов канализируется не в сторону Кремля, а в сторону Киева.

Трудно отрицать, что на это есть объективные причины. Жить ведь легче не стало. К сожалению, во время войны развитие невозможно. Кроме того, всем прекрасно известно, в каком состоянии нам досталась страна после Януковича.

Потому и Россия избрала такую тактику поведения – в Кремле хотят добиться того, чтобы Украина сама себя съела изнутри, чтобы недовольство жизнью сделало свое деструктивное дело.

Впрочем, не думаю, что Харьковская область в этом отношении какая-то особенная. Войны никто не хочет, происходит смена ценностной ориентации: раньше многие любили Россию, но теперь изменили свои взгляды. Те, кто готов думать.

Экономические факторы мы рассматриваем как одну из главных угроз, ведь они создают почву для волнений.

Я согласен, что есть сложности. Но давайте не забывать, что Харьков – это прифронтовая зона. В этих условиях, я считаю, мы очень неплохо держимся. И ситуация меняется к лучшему.

Местные бюджеты выполняются, даже с перевыполнением плана на 18%. По налогам и сборам все тоже выполнено второй месяц подряд, и мы видим, что в этом отношении область «провисать» не будет.

По итогам 2014 года, к примеру, отчисления в госбюджет по Днепропетровской области составили 23,5 млрд. гривен.  Так вот, Харьковская область перечислила 25,5 млрд. Поэтому можно еще поспорить, кто кого кормит.

Как отразилось на регионе сворачивание отношений с Россией? Сейчас цифры свидетельствуют, что за 2 месяца падение внешней торговли – и по импорту, и по экспорту – порядка 40%.

Что касается внешнеэкономической деятельности, то два месяца ничего не характеризуют, потому что отчетность закрывается поквартально, а, значит, итоги надо подбивать в апреле.

По оперативным данным, сейчас я не вижу плюса, но по итогам года, наверное, будет плюс. Объясняется это тем, что у нас есть ряд контрактов, которые будут к тому моменту уже завершены. Допустим, турбину строят два года, потом сделка закрывается, и видим сразу совершенно другую динамику. Исходя из тех контрактов, которые сейчас есть на том же ФЭДе, Турбоатоме, то я вижу, что мы будем в плюсе. Правда, есть большая проблема – это «Электротяжмаш», который является на 100% государственным предприятием. Там минус 324 млн. по объему производства. Темпы промышленного производства на заводе в том году упали на 15%, а сейчас еще на 20%. В данном случае, я думаю, нужно укреплять менеджмент предприятия.  Будем с ними разбираться вместе с Минэкономики.

Что касается России, то по итогам прошлого года мы имеем минус 20% торгового оборота. К тому же сейчас предприятия вынуждены были переориентироваться на другие рынки, а это уменьшает их рентабельность.  Например, в РФ по качеству требования ниже, чем в Европе, логистика ближе – соответственно, затраты меньше. При этом в страны ЕС по итогам прошлого года у нас экспорт вырос на 15%.

Если совсем углубляться в цифры, то индекс промышленной продукции в Харьковской области составляет 82%, а по Украине – 78%. Для прифронтовой территории с потерянными рынками в России и на Донбассе не такая уж и плохая ситуация.

Второй момент – есть портфель заказов по оборонной промышленности: по «Заводу им. Малышева» и КБ им. Морозова. То есть состояние дел не настолько печально, чтобы драматизировать.

К тому же мы одна из 9 областей, которые последними подняли цены на социальные сорта хлеба, несмотря на то, что мы – прифронтовая зона. В экономическом плане это всегда наиболее уязвимая территория. Но по данным Минэкономики у нас цены не выше, чем в среднем по стране.

Как Вы решаете проблему переселенцев?

Официально у  нас 157 тыс. переселенцев, а на самом деле – около 300 тыс. Представляете количество? Они составляют порядка 11% населения области. Это то же самое, если бы город Полтаву взяли и переселили в Харьковскую область. Без работы и жилья. Безусловно, это серьезная нагрузка. А ведь те, у кого есть временная регистрация, еще и будут голосовать на территории области…

Потому я и говорю – регион непростой. Но при этом не смотрю на ситуацию пессимистически. Мы обязаны помогать нашим гражданам, которые стали заложниками ситуации на Донбассе, пускай даже у нас сильно могут отличаться взгляды на происходящее.

Сейчас мы занимаемся выстраиванием четкой системы помощи. Переселенца, который приехал к нам в город,  практически за руку ведут – сначала регистрация, потом медицинское обследование, далее – постановка на учет в миграционной службе, органах соцзащиты и т.д.

Цифры говорят, что Харьковская область находится на третьем месте после Донецкой и Луганской по объему долгов по зарплате – 142 млн. грн.

Во-первых, сначала нужно посмотреть на структуру этих цифр. Львиная доля долгов – это госпредприятия. У коммунальных предприятий небольшой объем задолженностей, порядка 220 тыс. грн.

По госпредприятиям, как и по частному бизнесу, у меня, как у председателя обладминистрации, очень ограниченные рычаги влияния. Например, «ЛКМЗ» в Лозовой – это частный бизнес. Ответственность должны нести собственники и менеджмент. Я постараюсь помочь, привлечь заказы, но есть определенная грань возможностей. Я же не могу вам сказать: «Покупайте товар в этом магазине, а в этом – не покупайте». Так и здесь.

Возьмем промышленный комплекс. На территории области более 600 предприятий, из них где-то 70 госпредприятий с разными органами управления: Министерство экономики, Национальное космическое агентство, Укроборонпром, Фонд госимущества, Укрспецэкспорт, Укртехноэкспорт и так далее. Кто координирует их деятельность? Никто. В этом же и проблема.

В то же время, у областной администрации всего 4 объекта управления. Три из них даже нет смысла называть, например, Харьковский завод грампластинок. Единственное предприятие, более-менее серьезное, которым мы сейчас будем заниматься – это Изюмский тепловозоремонтный завод.

Под управлением того же «Укроборонпрома»  у нас в области находится 12 предприятий и 5 научно-исследовательских институтов. Так у них в уставе даже пункт убрали, что они с председателем облгосадминистрации должны согласовывать свои действия! Но работают там харьковчане, которые потом идут ко мне. И им не скажешь, что я здесь не причем. Поскольку глава ОГА несет ответственность за всю ситуацию на территории области. Какая складывается обстановка, мы знаем, работаем над проблемой и по мере сил ищем способы влиять на общую ситуацию с задолженностями.

По крупным предприятиям логика ясна. А как ситуация отражается на малом бизнесе, на людях, которые сами себя кормят? В контексте все того же – связей с Россией.

Тут есть проблемы. Представьте, что во Львовской области закрыли границу с Польшей. Как это отразится на регионе? Ситуация аналогичная. Раньше заезжали целые автобусы на рынок «Барабашово» из Белгорода, Курска, тем самым поддерживая малый бизнес. Шел большой поток и в обратную сторону. Но ведь не мы начали эту войну. И на сегодняшний день не можем открыть границу так, как было раньше. Об этом и говорим людям, объясняем. Это объективные трудности, которые принес военный конфликт.

Подводя итог. Мы видим, что противник реализует серьезный комплекс невоенных факторов для дестабилизации Украины. Какие, на Ваш взгляд, приоритетные меры по их нейтрализации?

Главное – работать с людьми, разъяснять. Демонстрировать, что мы всё делаем для обеспечения безопасности и развития. Тогда будет уверенность.

Например, на днях провели в Харькове боксёрский турнир, на который пришло 1,5 тыс. человек. Для Харькова это приличная цифра.  4 апреля в Харькове состоялся матч «Металлист» - «Металлург». Также планируем провести Чемпионат Украины по борьбе. Люди должны понимать, что страна живет, дышит и стремится к мирной жизни.

К слову о «Металлисте». Как обстоят дела у клуба?

Для Харькова «Металлист» – это больше, чем футбольный клуб. И мы сделали всё возможное, чтобы вернуть его матчи в город. Очень рассчитываю, что футбол в Харьков вернется на постоянной основе.

Все знают, что у «Металлиста» сейчас большие проблемы с финансированием, поскольку владелец клуба Сергей Курченко в нем не участвует. Он один раз попытался использовать футбольный клуб, как площадку, чтобы завести деньги из России. И у нас была информация, когда «Металлист» получил определенное финансирование месяцев 8 назад, что эти деньги пошли как раз на подогрев сепаратистских движений.

Сейчас главное – найти человека, который готов взять клуб и его содержать. Мы также занимаемся этим непростым вопросом.

Агентство Телевидения Новости

Декабрь
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  
 
Архив новостей

Юридическое обеспечение портала

Адвокат
СМОРОДИНСКИЙ
Виктор Семенович