16.10.2017 14:42
Просмотров: 222

«Не считаю, что нужно всем платить соцвыплаты», — глава ассоциации переселенцев

«Не считаю, что нужно всем платить соцвыплаты», — глава ассоциации переселенцевПереселенцы и регионы

Вы только что вернулись из Винницы. Есть ли специфика именно этого региона в контексте переселенцев? 

В Винницкой области 14650 переселенцев зарегистрированных официально, это данные на конец прошлого месяца. За 8 месяцев переселенцев в Виннице стало больше на 536 человек — связано это, скорее, с внутренней миграцией — люди переехали из одного города в другой в поисках работы или к родственникам. 

Кроме того, в Винницу переехал Донецкий национальный университет им. В. Стуса, большое количество студентов и зачастую студенты, которые поступали в Донецке ещё до войны, переехали сюда и доучивались здесь. Соответственно, много молодёжи.

Чем же отличается Винница от Тернополя или Львова, я сказать не могу. Проблемы переселенцев одинаковы во всех областях.По официальным данным, большинство переселенцев проживает в Донецкой и Луганской областях. Вы в эту статистику не верите. Сколько, по вашему мнению, переселенцев реально живут на подконтрольной территории этих областей? 

Я общаюсь с работниками соцзащиты — мне говорят, что на близлежащих территориях проживает реально 25-30% от общего числа зарегистрированных. Мы понимаем, что человеку зачастую легче всего оформить пенсию в близлежащем городе, не тратить много денег на проезд. Люди зачастую ездят в Донецкую, Луганскую, Харьковскую, Днепропетровскую, Запорожскую области. Если мы возьмём данные по Львовской области — порядка 90% там реально проживают: из Львова ездить в Донецк дорого, практически нереально. 

Однако в Донецкой области есть тенденция, что люди ездят туда-сюда. По нашим данным, количество реально проживающих по Украине переселенцев — это около 1 миллиона человек из полутора официально зарегистрированных. 

Есть данные, что по Украине количество переселенцев за 8 месяцев уменьшилось. Однако за счёт чего оно уменьшилось? За счёт того, что вернулись, или за счёт того, что государство борется с «пенсионным туризмом»? Мы можем говорить о таких моментах исключительно субъективно. 

Есть ли, по вашим наблюдениям, регионы, которые активнее решают проблемы переселенцев, и те, которые отстают? 

Мы провели четыре ярмарки вакансий за последнее время — в Днепре, Харькове, Краматорске и Броварах. Везде достаточно неплохая активность, соответственно, службы занятости по тем направлениям работают эффективно. 

Когда мы запросили информацию по коллективным центрам (местам совместного проживания переселенцев, например, санаториям или общежитиям — ред.), наиболее активными оказались Донецкая область и, на удивление, Ровенская. В Ровенской области более двух тысяч человек живут в коллективных центрах — это официальные данные. Мы их не проверяли ещё. 

От регионов требуют активнее работать. А они говорят: «Мы готовы, только вы активнее работайте на центральном уровне». Когда начинаю общаться с местными властями о том, чтобы выделять из местных бюджетов деньги на «Доступное жилье» для переселенцев, они говорят: «Хорошо, средства есть, однако мы готовы выделять их солидарно с центром». 

Есть ведь и другие граждане Украины — те, кто десятки лет стоят в очередях. Не должно быть социального конфликта между местным населением и переселенцами. Чтобы не было такого: «Вот понаехали, а чем я хуже?». Это может вызвать недовольство со стороны остальных жителей Украины. 

Видите ли вы какие-то особенности по Харьковской области — в работе местной власти и волонтёров? 

Харьковская область на третьем месте по количеству официально зарегистрированных переселенцев. Их порядка 200 тысяч. И за 8 месяцев количество выросло на 10 тысяч. Я знаю «Станцию Харьков», которая делает интересные проекты. 

Если в общем говорить о волонтёрских организациях — на первоначальном этапе они внесли огромный вклад, не допустили коллапса, который мог бы произойти в Украине. И представители Минсоцполитики, созданного департамента по вопросам переселенцев, работали в авральном режиме, приходили домой, только чтобы искупаться. И этого никто не знает. Не нужно забывать о роли доноров, которые финансировали международные организации. 

Но сейчас есть организации, чью деятельность, на мой взгляд, следовало бы перенаправить. Есть государственные центры юридической помощи, переселенцы могут обращаться туда. Может, стоит средства, которые выделяются профильным волонтёрским организациям, перенаправить на другие цели? Например, повышать квалификацию переселенцев, чтобы они могли найти высокооплачиваемую работу. 

Жильё

На кого вы опираетесь в своей работе? С кем налажен постоянный контакт? 

Мы стараемся налаживать контакт с любой проукраинской политической силой, также работаем с министерствами. Я советник вице-премьер-министра Павла Розенко, поэтому ориентировочно каждые две недели мы встречаемся, обсуждаем общие наработки. Он даёт поручения на министерства. Из последних поручений, которые он давал — мне было интересно, сколько переселенцев реально проживает в коллективных центрах. Мы услышали данные от Национального мониторингового центра о том, что 9% там проживает. 9% от полутора миллионов — очень большое число. Мы в это не поверили, сделали запрос на вице-премьера, он дал поручение областям отчитаться о таких цифрах. Когда отправляешь запрос от общественной организации на госорган, ты можешь месяцами ждать ответ или может ответа вообще не быть. Благодаря поручениям от вице-премьера, ответ приходит достаточно быстро. 

По нашей статистике, порядка 1-1,5% на самом деле проживают в коллективных центрах. 

Также мы разрабатываем общую концепцию, государственную программу по переселенцам, и в этих моментах мы советуемся с Павлом Розенко, насколько её реально воплотить в условиях Украины. 

Почему важно знать, сколько людей реально живут в коллективных центрах? 

Один из пунктов, которые мы предлагаем — дать эту жилплощадь приватизировать. Таким же образом шла Грузия. Для этого нам нужно понимать, какие это цифры. Если в коллективных центрах живёт около 100 тысяч человек, то это значительно. Но по нашим данным, это не больше 10 тысяч. Это не столь значительно, но даже если их мы сможем обеспечить жильём, это всё равно какой-то шаг. 

Включаете ли вы в эту статистику модульные городки? 

Нет, модульные городки сюда не относятся. О модульных городках я не раз высказывался, что их использовать было не очень эффективно. Их эффективно использовать лишь на первоначальном этапе как места временного проживания — месяц, два. Но люди живут там год, два, больше трёх лет. 

Зачастую модульные городки находятся в местах плохо развитой инфраструктуры. Если брать Кривой Рог, то к месту, где он расположен, даже такси отказывается ехать. Я сам не мог туда добраться и обратно уехать. Соответственно, там нет работы. А люди не мотивированы искать работу, они привыкли получать социальные выплаты. 

Есть коллективные центры государственной собственности, а есть в частной собственности. Рано или поздно собственник скажет: «Друзья, пора уже куда-то выезжать». Государство должно позаботиться о тех переселенцах, которых надо куда-то выселить. 

В Грузии бывало, что места компактного проживания находились в городах Тбилиси, Батуми, в местах достаточно привлекательных. Здесь можно было построить курорты, гостиницы. И в этих случаях потенциальные инвесторы договаривались с людьми из мест компактного проживания, о том, что выплатят им компенсацию, порядка 15 тысяч долларов, и они покинут эти места. Инвесторы могли эту территорию выкупить, взять в аренду, зарабатывать на ней деньги. 

Что, кроме приватизации мест в коллективных центрах, вы предлагаете менять? 

Если мы вернёмся к проблеме Грузии, до 2007 года государство фактически не решало проблемы переселенцев, делало всё возможное, чтобы переселенцы вернулись в места постоянного проживания. Но затем власти поняли, что это неэффективно и нужно заниматься интеграцией. То же должна делать и Украина. 

После разработки концепции заработали жилищные программы для переселенцев. Для чего нужна концепция? Во-первых, это стратегия государства, она должна быть обязательно. Во-вторых, когда международные доноры увидели, какая стратегия есть у государства, сколько на самом деле есть переселенцев, куда конкретно будут тратиться деньги, кто будет за них отвечать, они начали вкладывать деньги в жилищные программы. Порядка 90% жилищных программ на первом этапе были запущены именно на средства доноров. В год программами пользовались от 2 до 10 тысяч переселенцев, но это хотя бы что-то. 

В Украине нет ни одной государственной программы, нет концепции. И от одних чиновников мы слышим, что у нас полтора миллиона переселенцев, это миллион триста тысяч семей, нужна каждому квартира за двадцать тысяч долларов. Давайте помножим — видим миллиарды, решать вопрос с жильём для переселенцев нереально, говорят чиновники. И ничего не предлагают. Другие предлагают давать квартиры в обмен на жильё на оккупированной территории. Но непонятно, где брать средства. Никто ничего не предлагает, есть только популистские заявления. 

Мы решили предложить концепцию. Для начала нужно запустить реестр переселенцев. Сейчас есть реестр, запущенный в тестовом режиме. Но он не позволяет работать эффективно. 

Во-первых, мы предлагаем провести перерегистрацию переселенцев и увидеть их реальное количество. В 2014 году была активная волна, но ряд переселенцев уехали на неподконтрольную территорию или за границу и не сдали свои справки. Во-вторых, база позволит увидеть, какую помощь, какие выплаты получают переселенцы, где они проживают. База должна отражать, воспользовался ли переселенец жилищной программой. 

Кроме того, должен быть коэффициент уязвимости. Каждая семья должна получать определённое количество баллов и по ним должна выстраиваться очередь на получение жилья. 

Я предлагаю также не давать выплат тем переселенцам, которые не получили никакого количества баллов. В первую очередь, государство должно помогать наиболее нуждающимся — инвалидам, матерям-одиночкам, многодетным семьям. Если мы пересмотрим социальные выплаты, и трудоспособный человек, у которого нет никаких баллов, не будет их получать, мы сможем сэкономить от 30 до 60% от той суммы, которая выплачивается государством. А государство тратит в пределах 115 миллионов долларов ежегодно. Мы сможем ежегодно обеспечивать жильём 3-5 тысяч человек. 

Не все поддерживают позицию, что переселенцам нужно платить социальные выплаты. Да, в 2014-2015 годах переселенцам было очень сложно адаптироваться, найти работу. Сейчас большинство людей, которые остались здесь, работу нашли. 442 гривны для работающего человека — не такая значительная сумма в рамках тех зарплат, которые сейчас есть. Сэкономленная сумма — не такая большая, но это хоть какая-то сумма. И я не видел других предложений от государства или общественных организаций — реальных, не популистских. 

Когда мне говорят, что Украина — социальное государство, это просто нонсенс. Здесь с каждым годом уменьшается количество работающих, увеличивается количество пенсионеров, молодёжь уезжает из страны, огромный кризис на рынке труда — а социальные выплаты растут и некоторые деятели предлагают их увеличивать. Это будет крах стране. Мы не поддерживаем позицию, что нужно всем платить социальные выплаты. 

Программу «Доступное жильё» для переселенцев вы тоже реальной не считаете? 

Невозможно решить проблему жилья для переселенцев единой таблеткой. У тех же грузинов были более 9 программ. Есть трудоспособный сегмент переселенцев, который выплачивал бы ипотеку — не под кредитную ставку 20%, а под реальный процент. Есть люди, которые могли бы купить квартиру, если за них заплатят часть суммы. Действительно, нужно предусмотреть хотя бы миллиард гривен на программу. Это выход из ситуации. Но мать с пятью детьми вряд ли воспользуется программой. 

О теме «пенсионного туризма». Есть много материалов о том, в каких нечеловеческих условиях живут люди, которые приезжают, например, в Станицу Луганскую на верификацию, сколько времени проводят в очередях. Как, по-вашему, можно эту проблему решить? 

Наши инициативы могут частично облегчить проблему. Когда переселенец будет занесён в базу, количество людей в очереди уменьшится. Приведу пример, связанный со мной. Я переселился из одного района Киева в другой, снимаю жильё. Поехал в органы социальной защиты уведомить о том, что у меня поменялось место жительства. Я потратил неделю. Если бы был электронный реестр, всё можно было бы сделать в один клик, я бы не создавал очереди. 

Кроме того, каждые полгода приходится всем пенсионерам проходить верификацию в «Ощадбанке». Монополия в какой-либо сфере недопустима, она ухудшает качество услуг (после неоднократных обращений общественников 13 сентября Кабмин внёс изменения, согласно которым соцвыплаты ВПЛ можно проводить не только через «Ощадбанк» — ред.). 

«Ощадбанк» был не готов, чтобы полтора миллиона переселенцев обслуживали только у них — ни количеством отделений, ни количеством сотрудников, ни количеством банкоматов. Это все создаёт большие очереди. Особенно это касается серой зоны, дальних районов, той же Станицы Луганской. 

Об организации 

Насколько ваша ассоциация репрезентативна? Сколько в ней членов? Кто её финансирует?

В нашей организации около 5 тысяч человек, многие пришли после онлайн-обучения английскому языку. Есть множество волонтёров в разных областях, работаем проектно. Например, если есть проект в Кривом Роге — связываемся с волонтёрами, представителями. Все проекты исключительно на волонтёрских началах. Есть «Корпус мира», который даёт преподавателей, есть центры занятости, с которыми подписан меморандум. 

Мы финансируем себя на собственные средства, средства команды, которая собралась с призывом: «Надо уже наконец что-то делать». Наиболее активных нас 15 человек, мы собираемся, прорабатываем по отдельным направлениям — юридические вопросы (Екатерина Брюханова), помощь предпринимателям (Оксана Мазур). Также наш представитель (Евгений Корж) входит в общественный совет Государственного фонда содействия молодежному строительству, контролирует его. Есть люди, которые объединяют вокруг себя бизнесменов — такой молодой активный костяк. 

Чем ещё занимается ваша организация? 

Мы планируем запустить курсы английского языка вместе с волонтёрами «Корпуса мира». Будет пилотный проект в нескольких регионах. Точно это будет Кривой Рог. Будут преподавать носители языка, а помещения, как мы предполагаем, нам предоставят центры занятости населения. Мы запустимся в одной-двух областях и посмотрим, как проект «зайдёт».

Кроме того, наша позиция — помогать предпринимателям, у которых был бизнес на оккупированной территории, развить его здесь. Сейчас мы договорились с польским посольством, планируем выезд делегаций компаний переселенцев, которые будут выходить на европейские рынки. Я надеюсь, в этом или следующем месяце состоится такой выезд. 

Кроме того, в рамках концепции мы предлагаем создать единую базу помещений, которые могут быть пригодны под жильё, проводить там ремонты, отдавать жильё переселенцам с правом приватизации. 

Также мы предлагаем проект, уже работающий в центрах занятости — люди могут взять пособие за год или несколько лет и организовать свой бизнес. Есть комиссия, которая рассматривает бизнес-план. Также предлагаем переселенцам также получать деньги наперед, если они предоставят бизнес-план. 

Мы настаиваем на том, чтобы профинансировали закон №1954 о «Доступном жилье». Будем способствовать, чтобы хоть какие-то средства выделили, сделать пилотный проект и показать его донорам. Пока в бюджете на 2018 нет никаких денег. 

Следующий пункт концепции — перевести переселенцев на электронные пластиковые удостоверения. Мы до сих пор сходим с бумажками, на которых написано: «Справка переселенца». Мы хотим, чтобы пластиковая карта стала социальной. Есть проект, который реализует организация «Українці разом» для участников АТО, мы хотим действовать по аналогии с ним. Каждый переселенец, имеющий карту, сможет получать скидку от магазинов-партнёров, которые присоединились к программе. Это будет выгодно и сетям, и государству — государство будет тратить деньги только на выпуск карты. 

Какие проекты ассоциация будет запускать в ближайшее время? 

В рамках ярмарок вакансий мы провели два тренинга — один по созданию бизнеса, по привлечению в бизнес денег — был один из лучших тренеров Александр Бабий. Второй тренинг был по работе в социальных сетях, как продвигать бизнес и раскручивать себя там. В ближайшее время мы запустим ряд интересных проектов и тренингов, которые позволят переселенцам развиваться. 

Мы всегда говорим о том, что под лежащий камень вода не течет. Хотите зарабатывать больше — развивайтесь, едьте в другой город. Здесь полно работы, здесь нехватка кадров. А тот, кто хочет получать выплаты и думает, что здесь социальное государство — мы не поддерживаем таких людей. 

Читайте также другие материалы проекта Переселенцы.Live

МедиаПорт: Новости Харькова и Украины

Оставить комментарий

Читайте ещё:

Ноябрь
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      
 
Архив новостей

Юридическое обеспечение портала

Адвокат
СМОРОДИНСКИЙ
Виктор Семенович