Кто первый догадается, о каких странах идет речь?

Жили-были две соседние страны — огромная северная страна с ядерным оружием и ее сосед — небольшая южная страна, измученная долгой войной. Небольшая страна решила, что будет дружить не только с большой страной, что большой стране очень не понравилось — она считала маленькую страну своим вассалом. Ведь внутри маленькой страны жило множество выходцев из большой страны.

И вот ранним февральским утром огромная северная страна обрушилась на своего соседа. Около 250 тысяч солдат пересекли границу сразу на нескольких направлениях — широким веером, чтобы рассечь оборону и не дать защитникам сосредоточить силы. Колонны бронетехники двинулись вглубь. В первые сутки удары пришлись по аэродромам, узлам связи, штабам и складам. Лидер большой страны заявил, что речь идет о защите своих соотечественников от притеснений. И начал использовать этих людей, как «пятую колону»

Было и формальное обоснование: приграничные инциденты, обстрелы (мнимые или реальные). Пропагандисты большой страны объясняли своим гражданам: маленькая страна, дескать, превратилась в плацдарм для враждебных сил, ее руководство зашло слишком далеко, и терпеть больше нельзя. Они говорили о «братском народе, попавшем в плен враждебной идеологии». Я сейчас вам покажу, откуда готовилось нападение — эта война была названа Упреждающей и Оборонительной.

Расчет был на молниеносную победу. Слишком неравны были силы — армия большой страны многократно превосходила противника по людям, технике и огневой мощи. В Генштабе большой страны планировали быстро захватить важнейшие города, сломить волю к сопротивлению, посадить удобное руководство — и закончить все за две-три недели максимум.

Но с самого начала все пошло не по плану. Маленькая страна, закаленная предыдущей войной, не сложила оружие. Ее армия и добровольцы цеплялись за каждый населенный пункт, перемалывая войска агрессора. Наступающие дивизии большой страны несли тяжелые потери. Логистика агрессора трещала: техника ломалась, топливо не подвозилось вовремя, связь работала плохо. Часть военной техники оказалась морально устаревшей, а подразделения — плохо обученными. Бронетехника большой страны горела на узких дорогах, фотографии множества брошенных и подбитых танков расходились по всему миру. Командование большой страны было вынуждено бросать в бой все новые резервы, которые быстро сгорали в топке войны. Не помогали ни диверсии «пятой колонны», ни массовые расстрелы и изнасилования местного населения.

В столице большой страны происходило именно то, что обычно происходит, когда блицкриг проваливается. Информационное пространство быстро зачистили: критиков объявили предателями, журналистов выдавили или посадили, школьников и студентов мобилизовали на «патриотическое воспитание», а саму войну запретили называть войной. Лидер маленькой страны не бежал — он остался в столице, ежедневно появлялся перед камерами в военной форме, обращался к нации и к иностранным парламентам — и за несколько недель из регионального политика превратился в фигуру мирового масштаба.

Международная реакция была жесткой. Большую страну осудили, потребовали остановиться, начали вводить санкции. Продвижение замедлилось и увязло в позиционных боях за отдельные высоты и кварталы. Каждый новый километр стоил все дороже. И вес мир с удивлением увидел, что огромная ядерная страна не может победить своего небольшого соседа, хотя она сносила целые города.

Конечно, вы уже догадались, что речь идет о нападении огромного ядерного Китая на небольшой Вьетнам. Это было в феврале 1979 года. Сходств очень много. А знаете, в чем принципиальное отличие? Даже тупые китайские коммунисты за 27 дней смогли понять, что войну они не выиграют и прекратили боевые действия. Нет, конечно, они объявили о своей победе и о том, что все цели специальной военной операции были достигнуты. Но войну они закончили.

Джерело: facebook.com/dmitry.chernyshev.5

Новости портала «Весь Харьков»